Яков Шпренгер, Генрих Инститорис - страница 9

Девятый вопрос. Придают ли ведьмы людям облики животных?

Ведьмы могут превращать людей в животных.

Вот следующая картина, которую мы здесь разберем. Как это происходит? Опираясь на авторитет канона Episcopi (XXVI, 5), некоторыми утверждается, что это невозможно. Канон этот гласит: «Кто верит, что возможно кому нибудь, кроме Создателя Вселенной, обращать какое либо существо в лучшее или худшее состояние или придавать ему другой облик, тот без сомнения неверующий и хуже язычника».

Развивая в определенном направлении указанную мысль, можно сказать следующее: чтобы иметь восприятие какого либо облика, необходимо наличие этого облика. Иначе восприятие невозможно. Поэтому, раз данного звериного облика не существует, то и видеть его нельзя, и никаким образом облика его не вызовешь.

Если говорят, что подобный облик бывает в окружающем воздухе, то это не верно, потому что воздух не восприимчив к таким обликам или образам, вследствие своей подвижности; если даже подобное превращение и бывает всеми видимо, то оно не действительно, потому что демоны не могут обмануть по крайней мере зрения святых.

К тому же зрение — это пассивная сила, а объект зрения — активная сила. Пассивная же сила может действовать тогда, когда на нее оказывает влияние активная сила. Если объекта нет, то и субъект, т. е. пассивное начало, ничего воспринять не может.

Когда демон приводит в движение познавательную силу, то он или выявляет самого себя этой силе, или изменяет ее. Но он не выявляет ей самого себя, т. к. для этого он должен был бы облечься в тело. Имея же два тела, свое собственное и то, в которое он облекся, он не может достичь органов восприятия, т. к. два тела не могут находиться в одно и то же время в одном и том же месте. Он не может также привести в движение познавательную силу наваждения или обманом чувств, т. к. наваждение — качественное явление, а демон лишен всякого качества. Он также не может этого сделать путем превращения людей в другие существа. Он мог бы превращать, придавая им полностью или частично другой облик. Однако ни того ни другого он сделать не может. В первом случае он не может этого потому, что у него не имеется необходимых для этого активных свойств. Во втором случае потому, что 1) эти изменения не могут быть производимы без чувства боли и 2) демон мог бы показать человеку только то, что этот последний уже знает. А ведь Августин говорит, что демон показывает человеку и известное, и неизвестное ему. Поэтому высказывается мнение о том, что демоны никоим образом не могут обмануть воображение и чувства человека.

Это, однако, находится в противоречии с утверждением Августина (»О граде божьем», XVIII), что обращение людей в животных, производимое демонами, совершается не в действительности, а лишь в воображении. А это мыслимо только в том случае, если бы демоны могли производить изменения в человеческих чувствах.

Ответ. Если читатель хочет подробнее узнать о превращениях, он найдет многое во второй части этого труда, глава 6. Теперь же мы хотим рассуждать по схоластическому методу и привести мнение трех ученых, согласных с тем, что черт может обмануть восприятия человека до такой степени, что человеку представляется подлинный зверь. Из этих трех ученых наиболее авторитетен святой Фома, об утверждениях которого мы скажем в конце. Начнем с рассуждения Антония.

Антоний (»сумма» I, tit. с. 5 § Declarantes) говорит, что черт время от времени воздействует на воображение человека и особенно — на его чувства, чтобы обмануть его. Он объясняет это, опираясь на авторитет канона и на большой опыт.

Во— первых, тела человеческие, при своем перемещении в пространстве, подчинены ангелам. Если злые ангелы и потеряли милость божью, то они все же сохранили прирожденную силу. Воображение зависит от телесных органов, на которые, очевидно, могут воздействовать как добрые, так и злые ангелы. Последние пользуются этой способностью для того, что превращать людей для видимости в животных, вызывая те или иные представления с помощью изменения течения соков к центру чувств.

Антоний прибавляет: «Это явствует из канона „Episcopi XXVI, 5, где говорится: „Нельзя обойти молчанием того, что некоторые преступные женщины, совращенные сатаной и попутанные дьявольским обманом и наваждением, верят и признаются, что они ездят ночью верхом на известных животных с Дианой, языческой богиней, или с Иродиадой и бесчисленным множеством женщин, и будто они проносятся в ночном безмолвии через необозримые пространства“. И далее: «Поэтому священники должны проповедовать божьему люду, что все это совершенно неверно и что подобные призраки распространяются в умах верующих не от божьего, а от злого духа, ибо сам сатана принимает на себя личины различных людей и сбивает с истинного пути плененного им человека, обманывая его сновидениями“.

Смысл этого канона был истолкован нами в первом вопросе настоящей книги. Что эти женщины не в состоянии при желании рыскать верхом и не находят при этом препятствия в силе божьей, это не является истинным смыслом указанного места. Ведь весьма часто люди, не будучи колдунами, против воли переносятся телесно на большие расстояния. Так переноситься можно и в действительности, и в воображении, как явствует из указанного сочинения Антония и из главы «Nec mirum».

Августин рассказывает, что в языческих книгах сообщается о волшебнице Цирцее, превратившей спутников Одиссея в животных. Это скорее всего произошло в результате обмана чувств, а не в действительности, как это видно из многих примеров. Так, мы читаем в житиях святых следующее: жила одна девственница, которая не соглашалась вступить в греховную связь с одним юношей. Раздраженный этим сопротивлением, он околдовал ее с помощью одного еврея, после чего девственница превратилась в кобылу. Это превращение не было действительным, а только кажущимся. Это было наваждение, произведенное дьяволом, изменившим восприятие девственницы и окружающих так, что она представлялась всем кобылой, хотя она и продолжала оставаться тем, кем она была и раньше. Она предстала пред святым Макарием. Демон не смог обмануть этого праведника, который тотчас же увидел, кто она. Его праведной молитвой она была освобождена от этого наваждения.

Она призналась, что наваждение это произошло вследствие ее малой заботы о божественных предметах и непосещения ею святых таинств. Вот почему дьявол получил власть над нею — хотя она и была добродетельной. Значит, черт может воздействовать на человека через изменение движения духов ных сил и соков его.

Но черт ничего сделать не может, если на то не будет божьего попущения. Бог часто подавляет злобу дьявола, стремящегося обмануть нас и вредить нам. Поэтому Августин, повествуя о ведьмах, говорит: «Они — те самые, которые с божьего попущения приводят элементы в беспорядок и смущают нравы людей, мало надеющихся на бога» (XXVI, qu. 5, Nec mirum).

Через их чары случается, что муж не может познать своей жены. Это происходит из за воздействия на восприятие, рисующее женщину уродливой и отвратительной. Черт показывает также бодрствующим и спящим греховные картины, чтобы совратить этих людей. Но так как грех лежит не в представлении, но в воле, то человек не грешит от этих дьявольских представлений скверны и от различных возбуждений, если только он не пойдет на грех по своей воле.

Относительно второго мнения о дьявольских наваждениях мы ссылаемся на сказанное в девятом вопросе.

Третье мнение — мнение святого Фомы. Оно дает ответ на вопрос о том, где находится тот облик звериный, в который облекается околдованный человек. Находится ли облик этот в нашем чувстве, в действительности или в окружающем воздухе? Этот облик считается тут зарождающимся лишь в нашем внутреннем чувстве и переходит вследствие сильного воображения на наши внешние чувства. Это производится демонами в двоякой форме: 1) заключенные в хранилище воображения и направляемые демонами представления обликов звериных, достигая внешних чувств, а именно — зрения, рисуются нам как действительность. Так происходит и в сновидениях. 2) Измененные внутренние органы влияют на внешние чувства. Так, например, испорченный вкус заставляет даже сладкое считать горьким. Эти изменения могут производить и люди с помощью определенных естественных составов.

Текст указанного канона часто приводился и неверно толковался. Не подлежит сомнению, что упомянутое там превращение в другое существо возможно и с помощью обмана чувств, но неверно высказанное там же утверждение, будто власть демона не может произвести каких либо созданий. Под «этим мы не понимаем первичного творения. Мы здесь хотим сказать, что дьявол может, используя естественные способы, произвести некоторые несовершенные организмы. Как это происходит — об этом говорит святой Фома в указанном месте. Ведь он утверждает, что все превращения телесных предметов, происходящие с помощью естественных сил и требующие наличия семени (и именно находящиеся в земле и в воде, как, например, змеи и лягушки, откладывающие там свои семена), могут совершаться и демонами, если они используют подобные семена.

Те же превращения в телесном мире, которые происходят не с помощью сил природы в действительности ни в каком случае не могут быть свершены демонами. Так, например, ' невозможно превратить человеческое тело в звериное или разбудить мертвеца. Если же кажется, что это произошло, то это только обман зрения. Если дьявол появляется людям, то только облаченным в призрак тела.

Для подтверждения правоты высказанной мысли сошлемся на Альберта Великого («О животных»). Он отвечает утвердительно на вопрос о том, могут ли демоны или, прибавим, колдуны произвести с божьего попущения мелкие несовершенные существа. Но они этого не могут свершить в одно мгновение, как бог. Им требуется для этого известное, хотя и незначительное время. Смотри Исход VII: «Фараон призвал мудрецов»… и т. д. Альберт Великий говорит об этой главе Священного Писания следующее: «Демоны носятся по миру и собирают различные семена. С помощью их могут произойти различные существа». А глосса прибавляет: «Ежели колдуны хотят достичь чего нибудь, призывая демонов, то эти последние носятся по миру и мгновенно собирают семя того, о ком идет речь. Так получаются ими новые виды с божьего попущения».

Некоторые поступки демонов можно назвать даже чудесами. Несмотря на это, чудеса эти не служат для осознания правды. Так же и чудеса антихриста можно назвать ложью, потому что они совершаются для искушения людей.

Ясно также и решение вопроса об облике. Облик зверя не находится ни в воздухе, ни в действительности, но в чувствах людей, как это и было указано святым Фомой.

Мы признаем в свою очередь то, что пассивный принцип приводится в действие активным и что тот облик, который рисуется человеку, не может быть тем, который идет непосредственно извне. Но мы утверждаем, что облик этот, попав предварительно извне в область внутренних чувств и сохраненный там, подымаясь до чувств внешних и, главным образом, зрения, воспроизводит действительный облик, заложенный туда демоном.

Не подлежит сомнению и то, что дьявол может производить частичные обманы чувств с помощью соков и соответствующих духовных субстанций.

Ежели на это возражают, что в таком случае демон в принятом облике ничего нового человеку представить не может, то следует ответить, что под новым понимается двоякое: 1) совершенно новое как само по себе, так и в своем принципе. Тут, следовательно, демон неспособен произвести что либо. Ведь он не может сделать так, чтобы слепорожденный мог представлять себе цвета, а глухой от рождения слышать звуки. 2) Новое с точки зрения целого. Так, например, если мы говорим, что кто нибудь рисует себе золотые горы, которых он никогда не видел, хотя он и имеет представление о золоте и о горах, то мы можем говорить, что он рисует себе что то новое. Это то новое и возможно дьяволу создавать в представлении людей.



8616935756899117.html
8617050522759694.html
8617167306123014.html
8617264472606022.html
8617366598743759.html